«Может, перевернем эту страницу?» Лукашенко прокомментировал жестокость силовиков

9 сентября 2020 в 14:31
Поделиться
Отправить
Класснуть

Российские журналисты во время интервью Александра Лукашенко задали несколько вопросов о жестокости силовиков и избитых на Окрестина. Видеоверсию интервью опубликовали российские СМИ, пишет tut.by.

Ты сказал про Окрестина, это изолятор временного содержания. Ты когда-нибудь видел, Антон, чтобы ОМОН нес службу в ИВС или пересыльных пунктах? Никогда!, — сказал Лукашенко обращаясь к корреспонденту «Первого канала» Антону Верницкому. — А на улицах работает ОМОН и внутренние войска. Это их задача — стабилизация обстановки. Это их задача — удержать страну. Они нарушили закон? Нет! Единственное, что мне не нравилось в этом, что лежачего не бьют. И когда я увидел кадр, где ну конечно он [протестующий] где-то что-то натворил, конечно он бежал от этого столкновения, и он получил. Я в открытую по-мужски сказал, что я это не приветствую.

В этот момент Лукашенко вернулся к вопросу про Окрестина.

А получил кто-то на Окрестина или нет? Почему все повесили на ОМОН? Потому что ОМОН спас нас, как мы все сейчас видим, от блицкрига.

По словам Лукашенко, у протестующих 9 и 10 августа была задача «ринуться на правительственные здания и захватить их», за что и «получили на улицах».

Вы же прежде всего агрессию эту проявили в нарушение закона. И они взяли уже что на улице произошло, на Окрестина же уже некоторые попали с синяками. И на Окрестина получили, а кто получил? Самое большое противоречие «зэков» и «ментов» — они ненавидят друг друга. И на Окрестина попало очень много, кого я называю «урки», по 12 раз судимые и прочее. И вот когда они пьяные и обкуренные, а их там было 60%, они ринулись на этих ребят [охранников на Окрестина], и конечно они им ответили. Ну и естественно, кто-то там кого-то защищал, им перепало. Но не омоновцы, омоновцев на Окрестина не было.

Он также рассказал, что «некоторым девчонкам попы красили синей краской», и эти кадры «мы можем показать».

Ну да, у кого-то и спина была синяя. Но сегодня синяков уже нет. А 39 или 40 ребят, которые переломаны, и с позвоночником переломанным омоновцы, до сих пор лежат в госпитале.

Он сказал, что поручил главе МВД Юрию Караеву каждого поддержать: «Они некоторые никогда уже не встанут, и к жене своей не подползут».

Я не могу осудить этих ребят, которые защитили не только страну, но и меня.

Главный редактор RT Маргарита Симоньян все же вернулась к разговору об Окрестина, указав, что помимо «урок» там были и журналисты, в том числе и ее — которых били, не кормили, не поили.

Может, перевернем эту страницу?, — спросил Лукашенко у Симоньян. — Думаешь я не знаю? Я вынужден взвешивать. Да, и переборы были. И как Караев извинялся дважды. Я говорю: извинись, один раз извинись, если там что-то было. Он два раза извинился. Надо эту страницу перевернуть. И вернуться, когда страсти улягутся. Мы выводы сделали. Вы не думайте, что мы каменные. Мы сделали выводы. Сказать «лес рубят — щепки летят» — очень грубо. Я нигде не говорю. Но по жизни всегда так бывает, что когда идет вот эта большая драка… Но то, что спасли республику, спасли страну, спасли стабильность… Я так думаю, да, не без издержек.

Пострадавшие демонстранты и силовики

В конце первой недели после выборов по всей стране начали отпускать задержанных. Они рассказали об избиениях при задержании, истощении от отсутствия сна, еды и воды, переполненных даже не в разы, а в десятки раз камерах, где трудно даже стоять — мест не хватало настолько, что часть людей ночевала в прогулочных двориках. Почти всем требовалась медицинская помощь, некоторые части тела были синими и черными от гематом. Люди говорили и об откровенных пытках, в том числе электрошокерами, а также моральных унижениях и запугивании. Большинство в один голос говорило, что это делают омоновцы.

Однако у некоторых ситуация была еще хуже: тяжелораненые, пострадавшие на протестах от резиновых пуль, светошумовых гранат или дубинок, оказались в реанимации, некоторых привозили прямо из РУВД или с Окрестина. Они рассказывали в том числе о средневековых зверствах тех, кто их задерживал.

Всего за первые дни протестов было задержано около 7 тысяч человек. К концу августа правозащитники собрали информацию о более чем 450 случаях избиений и пыток со стороны сотрудников правоохранительных органов. Однако ни одно уголовное дело на тот момент так и не было возбуждено.

1 сентября глава МВД Юрий Караев озвучил статистику по пострадавшим в ходе протестов милиционерам. По его словам, пострадал 131 сотрудник МВД, а 28 из них все еще находятся в больницах. Он рассказал, как лично посетил троих пострадавших, во время протестов общался с сотрудником, у которого был перелом руки. Министр пообещал найти всех, кто «поднял руку на сотрудника милиции», но пообещал, что люди, находившиеся поблизости из любопытства, привлечены к ответственности не будут.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент текста с опечаткой и нажмите Ctrl + Enter.